[VitaModo] Обучение гипнозу. Демонстрация техники [Андрис Саулитис]

Я начну с того, что человек – это процесс, то есть постоянного «Я» нет. «Я» – это некая сумма информации, которая постоянно пополняется, меняется, плывет.
Я был вторым ребенком в семье сельских учителей иностранного языка. Родился по плану, в любви и желании. Детство – рай. Свежий воздух, сельская атмосфера – как сейчас модно говорить, эксклюзивная экологическая обстановка. Хороший детский сад, но мы с ним общего языка не нашли. Я смутно помню разных пожилых женщин, которые присматривали за мной, пока родители обучали местных детей иностранным языкам – в то время крайне ненужное занятие, можно даже сказать, необычное. Какие иностранные языки в советской сельской глубинке?
В школу я пошел с шести лет, так родители использовали свое служебное положение и свой административный ресурс, хоть что-то сделали для себя. Школа как школа, учился, как все ребята, ничего особенного. Старший брат, конечно, был для меня примером; и я понял сразу, что мне его по наукам не догнать. Я пошел на мировую, и это было мне выгодно. Когда у него было хорошее настроение, то он мне помогал осваивать конкретные науки, и я сразу становился отличником. Когда у него терпение кончалось и его переманивала рыбалка или футбол, тогда я резко сдавал по оценкам.
Папа мой был инвалидом: у него полностью отсутствовала правая рука. Мне объяснили, что он ветеран войны и в боях был ранен, и в результате ранения потерял руку. Я очень гордился папой, да и он был нежный, но требовательный. Меня ни разу, повторяю, ни разу не то что не били, но даже руку ко мне не прикладывали. За все наши с братом ребяческие проказы всегда получал почему-то брат. Ну так, тоже символически. Мама была очень строгая, любящая и упорная, умела так правильно и долго хорошо поставленным голосом читать поучения, что я бы согласился, скорее, на легкую порку, чем это слушать. Даже сейчас они звучат у меня в ушах. Вот так текла моя жизнь до четвертого-пятого класса.